Двадцать минут спустя команда вышла на дорогу. Это не была дорога в обычном для Зоны понимании – узкий участок леса, проходимый для человеческих ног и относительно свободный от аномалий. Перед сталкерами простиралась настоящая, асфальтированная полоса, уходящая далеко вперед, к большому комплексу заводских строений. Глядя на безопасную поляну, которую пересекала дорога, Марк только сейчас ощутил, насколько непривычно для него стало отсутствие аномалий.
Из-за бугра слева показалась морда слепого пса, который потянул носом воздух и тут же скрылся.
– Мы входим на территорию бывшего завода «Росток», – сказал Борланд. – Общепризнанная локация перемирия. Как зайдем на нейтральную землю, забудьте об оружии. Не стрелять ни в кого и ни при каких обстоятельствах. Разве что будет нашествие мутантов, но об этом нас предупредят.
– Вроде бы в Киеве был завод «Росток», – добавил Орех.
– Почему был? И сейчас есть. DVD-диски производит.
– Кто следит за перемирием? – спросил Марк.
– А кто у нас главная партия демократов в Зоне? Клан «Долг». У них здесь своя основная база. Сначала патрулировали периметр, затем просто выставили пару постов с обоих входов. Все нормально простреливается, можно хоть танк остановить, если понадобится.
– Значит, на нас сейчас смотрят?
– Конечно, смотрят. Так что оружие за спину, и не забудьте самого главного: если что спросят – улыбаемся и машем!
Команда дошла до импровизированного поста – груды мешков с песком, выложенных в несколько полукругов, создававшими простейшую укрепленную точку. На посту стояли четверо парней в экипировке «Долга».
– Мир тебе, сталкер, – сказал стоявший в центре, который, по всей видимости, был за главного.
– И вам мир, – ответил Борланд, оглядев бойцов. – А что с предыдущими ребятами случилось?
– Забрала их Зона, – спокойно ответил главный. – Мир их праху.
Борланд сделал опечаленное лицо и покивал, глядя вниз и в сторону.
– Нам бы к Бару пройти, – сказал он.
– Без проблем, – ответил главный и сделал шаг в сторону. – Если, конечно, правила знаете.
Борланд козырнул, оглянулся на спутников и махнул вперед.
– Все в порядке? – спросил Марк.
– Шут его знает, – ответил Борланд.
– Это как понимать?
– Да я и сам был бы рад много чего понять. Например, почему эти парни стоят на посту. По виду новички. «Долг» никогда бы не поставил бригаду новичков отвечать за безопасность заставы. Хотя, если у них все серьезные ребята на Темную Долину пошли… Ладно, неважно.
– Тут где-то должен быть бар? – спросил Орех.
– Верно. Бар «100 рентген». Географический и экономический центр Зоны. Скоро к нему выйдем. Консервы там отменные.
Территория представляла собой большой комплекс заводских помещений – гаражи, ангары, блоки и корпуса. Не хватало только привычных для Зоны остовов машин. Все строения были соединены системой трубчатых хитросплетений. За все время Марк увидел только двоих сталкеров, которые поприветствовали его коротким кивком.
– Где все? – спросил Марк.
– Кто «все»? – уточнил Борланд.
– Это же центр Зоны. Почему нет людей?
– А что им тут делать? Артефакты на территории Бара искать, что ли?
Марк не нашел, что ответить. Команда в последний раз свернула за угол и оказалась перед входом в подвал. Над входом была прибита вывеска: «Бар 100 рентген».
Борланд провел их вниз по кирпичной лестнице, заканчивавшейся новым пролетом налево и укрепленной решетками нишей, за которой находился вооруженный громила в натянутой на лицо маске, смеривший прибывших испытывающим взглядом. Не обращая на него внимания, Борланд прошел налево, и команда очутилась в просторном помещении.
Северный бар оказался не большего размера, чем южный. Стены с множеством выступов, квадратные высокие столы без стульев, даже ненавязчивая музыка из четырех колонок, прикрепленных к потолку. Посетителей было всего трое. Справа от входа был проход в подсобку, который загораживал еще один боец, ничем не отличавшийся от первого, ввиду такой же маски, телосложения и обмундирования.
Марк ожидал увидеть все что угодно, но только не этот маленький подвал. В его представлении бар «100 рентген» был местом скопления множества сталкеров из самых разных группировок. Пока он осматривался, Борланд подошел к стойке и завел короткий разговор с худым, одетым в домашний свитер барменом.
– Давайте отойдем, – предложил Сенатор, и команда расположилась за столом в углу. Борланд закончил разговор и присоединился к спутникам.
– Как насчет перекусить? – спросил он. Орех кивнул. Сталкеры сняли рюкзаки, Борланд собрался вытащить пару артефактов, однако Орех его опередил. Держа в руке Огненный Шар, он подошел к стойке и скоро вернулся с четырьмя бутылками пива в руках и большими банками консервов.
– Я обещал Патрону пива, когда он помог достать артефакт в лаборатории, – печально сказал он. – Не судьба, значит. Давайте, что ли, помянем его.
Сталкеры вскрыли бутылки, молча подняли их в воздух и приложились. Сенатор пригубил совсем немного и впал в обычную задумчивость, крутя бутылку в руках. Борланд и Орех опустошили свои порции наполовину, Марк стал пить маленькими глотками, смотря по очереди на каждого человека в баре.
– И все же, почему здесь так мало людей? – спросил он. – Вроде здесь собираются все сталкеры Зоны.
– Те, кто захаживает дальше Свалки – да, – согласился Борланд. – Но это не значит, что они сидят тут безвылазно. Подобный контингент народа просто не ходит в Зону.
– А когда здесь бывает много людей?
– Во время выброса или как придется, – ответил Борланд. – Но это бывает редко. В любом случае, здесь же не поселок. Да и сомневаюсь, что к северу от нас бродят хотя бы с десяток одиночек.
– Так мало? – спросил Марк.
– Почему мало? Сколько, по-твоему, людей в Зоне?
– Даже не знаю.
– Не так много, как кажется. На самом деле мы с вами уже встретили лично едва ли не половину всего населения Зоны. Большинство вообще никогда далее Кордона не заходят – гибнут в аномалиях или в перестрелке, самые умные отдают все нажитое, чтобы вернуться обратно через блокпост за пределы Зоны. Начиная со Свалки, можно нажить себе неприятностей от военных или мародеров. А это уже немало. Забираться дальше, чтобы сбыть дешевые артефакты, бессмысленно. Бармен платит за них меньше, чем Сидорович. Да и земли уже поделены кланами, так что приходится играть по чужим правилам.
– Бармен и есть торговец? – спросил Орех, вскрывая банку консервов.
– Да. Но нужно помнить, что Бармен – это не кличка конкретного человека. Это новое имя каждого, кто устанавливает тут свою власть.
– И часто власть менялась? – спросил Марк, глядя на спину Борланда на Бармена.
– Хмм… Этот уже четвертый.
– Что же с ними происходит?
– Зона забирает, – пояснил Борланд.
– Это как понять?
– Как понять? Пуля в голову и на корм псам. Власть – дело шаткое.
– Не знаю, – покачал головой Орех. – Если здесь запрещено оружие и безопасно, почему сталкеры предпочитают отдыхать в лесах?
– Именно потому, что запрещено оружие, – ответил Борланд, принимаясь за содержимое консервной банки с личной вилкой в руке. – Сначала всем кажется, что тут просто рай, раз все ходят с опущенными стволами. А когда понимают, что табу на стрельбу распространяется и на тебя самого, то все выглядит уже не так безоблачно. Как ни крути, а постреливать приходится. Это в баре за щелчок затвора можно получить пулю в башку от того молодца с автоматом. А снаружи все пробуют свои силы, кому не лень. Да и тут никто не застрахует тебя от камикадзе с гранатой в руке, который забежит с улицы, отомстить за разбитые в жизни иллюзии.
– Не нравится мне, как тот парень у стойки на нас смотрит, – заметил Марк.
– Не обращай внимания. Ничего не поделаешь. Холодная война тут процветает просто прелестно. То и дело появляются молодые придурки, которые намерены через полчаса выяснить отношения на автоматах где-нибудь за границами «Ростка». Но поиском причин они занимаются здесь. Так что тут есть масса возможностей нажить себе врагов. И вообще, я вам кое-что поясню.
Борланд допил пиво.
– До этого все наши проблемы сводились к тому, чтобы выстрелить первым, – сказал он. – Сейчас скорость реакции и полные карманы патронов уже не являются доводом в спорах. На этой территории и к северу нет никакой анархии. Всюду установлены жесткие правила, группами таких же людей, как мы, но не в пример более многочисленными. Именно благодаря этим правилам в Зоне есть хоть какой-то порядок. Нам предоставляется больше прав и больше обязанностей и ограничений. Среди тех, кто свыкся с аномалиями и постоянной бдительностью, на этой стадии дополнительно отсеиваются те, кто не имеет понятия об уважении и дисциплине. Очень надеюсь на то, что мы с вами никому поперек дороги не встанем.
– Полностью согласен, – сказал Марк.
Человек за стойкой бара, смотрящий на Марка, наконец слез со стула и направился к нему.
– Мир вам, сталкеры, – сказал он.
– Взаимно, брат, – сказал Борланд.
Человек обратился к Марку:
– Можно поговорить с тобой, сталкер? – спросил он.
– Что случилось?
– Снаружи, – уточнил неизвестный. – Прости, но мой долг требует.
Марк перевел взгляд на Борланда, который кивнул.
– Хорошо, – сказал Марк и встал. «Долговец» пошел наверх, Марк последовал за ним без оружия.
– Что это было? – спросил Орех.
– Когда Марк вернется, он, наверное, все расскажет, – ответил Борланд.
– Ты позволил ему уйти? Почему?
– Потому, что, как я уже объяснял, тут действуют правила, – сказал Борланд. – Не волнуйся за Марка. Внутри бара все подчиняются текущему Бармену и его громилам, но снаружи все попадает под юрисдикцию «Долга». А мы им не враги, даже наоборот. Если «долговцу» что-то понадобилось от Марка, значит, тому есть причины. Орех, спасибо за угощение. Пойду, с Барменом переговорю.
Борланд выбросил пустую банку и бутылку в стоявшую рядом урну. Подойдя к стойке, он уселся на место «долговца».
– Ну что, как бизнес? – поинтересовался он.
– Хреново, – ответил Бармен, стараясь не смотреть Борланду в глаза.
– А что так плохо?
– Ты у нас налоговый инспектор?
Борланд пожал плечами.
– Ну не хочешь, не говори, – сказал он. – Вот у меня есть информация, что ты хочешь сказать мне, куда повел моего товарища тот парнишка, что сидел здесь до меня.
– Информация неверна.
– Что-то ты неприветлив сегодня, – сказал Борланд. – День не задался?
– Ты будешь что-то пить? – спросил Бармен, протирая стаканы.
– Виски с содовой, – отчеканил Борланд. – И побольше льда.
– Такого не держим, – сурово сказал Бармен.
– Однако, неудовлетворителен у тебя сервис, – сказал Борланд, глядя в упор на собеседника, который заметно начал нервничать. – Виски не можешь налить доброму сталкеру. Сведениями о намерениях «долговца» тоже поделиться не желаешь. Конкуренции не боишься?
Бармен бросил стаканы на стол, которые, зазвенев, скатились куда-то вниз.
– Такое мог сказануть только ты, – произнес он, упершись руками в стойку и смотря куда-то под ноги.
– А я вообще со странностями, – ответил Борланд, ковыряясь во рту зубочисткой, взятой с рюмочки на столе.
Бармен поднял на него тяжелый взгляд.
– Хотел бы я знать одну вещь, – начал он. – Почему с тобой всегда следуют неприятности?
– Во как, – поднял брови Борланд. – Я уже кому-то навредить успел.
– Для вас, сталкеров, это обычное явление, – тихо сказал Бармен. – Но ты из них выделяешься.
– Да? И чем же?
– Те, кому ты мешаешь, затем доставляют неприятности другим.
– Интересно, – сказал Борланд. – Например, тебе?
Бармен положил руки на прилавок.
– Знаешь, почему этот бар называется «100 рентген»? – спросил он.
– Знаю, – ответил Борланд. – Это необходимые условия окружающей среды, чтобы ты чувствовал себя мужиком.
Бармен взглянул влево. Стоявший у входа в подсобку боевик перехватил автомат. Сенатор, не отходя от стола, мотнул головой, расправляя шею. Орех постучал ногтем по горлышку пивной бутылки.
– Нет, – сказал Бармен. – Это местное крылатое выражение. Считается, что сталкер способен выдерживать больше, чем обычный человек. Отсюда и сто рентген. Но ты, – он пожевал губами. – Ты сто первый рентген.
– Польщен, – Борланд сделал вид, что снимает шляпу.
– Сколько бы человек ни мог выдержать, все летит к чертям, когда приходишь ты, – продолжал Бармен. – Почему я не могу спокойно вести свой бизнес, чтобы о тебе никто не спрашивал, не ставил меня в глупое положение? Всем от тебя что-то нужно, все суют нос в чужое дело, лишь бы выйти на легендарного Борланда.
– Может, от меня просто ждут новых легенд? – предположил Борланд. – Нет, дружище, я не пойму, на что ты намекаешь. Ты не можешь прямо сказать, что я такого сделал местному клану, чтобы он доставлял тебе, несомненно, невыносимые душевные страдания? И зачем понадобилось отзывать на улицу человека из моей команды? Что вообще происходит?
– Не каждому клану ты друг, – сказал Бармен совсем тихо и принялся снова протирать стаканы.
Борланд сидел неподвижно какое-то время. Снова погрыз зубочистку. Повернулся, не вставая со стула, посмотрел на Сенатора и Ореха. Вытянул к ним указательный палец, поднялся и направился к боевику с автоматом.
– Тебе сюда нельзя, – угрожающе сказал тот.
Двумя короткими ударами Борланд выбил автомат из его рук. Затем ударил локтем в лицо. Наемник схватился за нос, Борланд сильно пнул его сбоку по колену, дважды ударил в живот, а когда наемник согнулся, то солидно добавил по позвоночнику.
Лязгнула решетка в нише на лестнице. Второй охранник выбежал, передергивая на ходу затвор автомата. Стоявший сбоку Сенатор подставил ему подножку, наемник упал, Орех подскочил к нему, схватил за голову и ударил о пол.
Оставшиеся двое сталкеров-посетителей с интересом смотрели на схватку. Борланд встретился с каждым взглядом и встретил лишь короткие кивки.
Ни Сенатор, ни Орех ничего не спросили, выжидательно глядя на Борланда, который бесцеремонно переступил через тело наемника и зашел за стойку. Бармен с испуганным лицом отступил назад, закрываясь руками. Затем схватил нож и вытянул перед собой. Не выпуская изо рта зубочистку, Борланд схватил с витрины бутылку со спиртным и швырнул ее в Бармена. Бутылка попала ему в грудь и торговец зашатался. Рядом на столе аккуратной стопкой сохли чистые стаканы, поставленные на полотенце. Борланд взял полотенце за края и на Бармена полетела груда стекла, расцарапавшая ему лицо и руки. Он выронил нож, Борланд подошел к нему и ударил.
Торговец охнул. Борланд взял его обеими руками за края свитера и приблизил лицо к его носу, целясь зубочисткой в глаз.
– Значит, сталкеры выдерживают больше, чем обычные люди? – процедил он. – Давай проверим, как хорошо ты видишь одним глазом.
– Что тебе нужно? – прохрипел Бармен.
– Ответы. Куда они повели Марка?
– На Арену!
– За что?!
– Чтобы привлечь тебя! Им нужен ты! – закричал Бармен. – Я должен был задержать тебя, если ты постараешься выйти раньше времени!
– И что потом?
– Не знаю! Я больше ничего не знаю!
Борланд отпустил его, выплюнул зубочистку и врезал Бармену в подбородок, отчего тот перелетел через стойку и без чувств грохнулся на пол.
– Пакуйте вещи, – приказал Борланд, перепрыгивая вслед за Барменом. – Мы выдвигаемся.
– Что происходит? – спросил Орех, хватая рюкзак Марка. – Нас предали?
– Нет, – ответил Борланд, набрасывая на плечо «грозу». – Все намного хуже.
– Что за Арена? Куда «долговцы» поволокли Марка? И что они хотят от тебя? Ты же вроде их друг!
Борланд вытащил обойму автомата, осмотрел и загнал обратно.
– На территории «Ростка» смена позиций, – пояснил он, глядя на Ореха. – Боюсь, что теперь здесь нет ни одного «долговца». Нас окружают враги.
Ореха бросило в холод.
– Значит, Арена? – спросил Сенатор, прикрыв глаза.
– Да, – ответил Борланд.
– Сложно придется.
– И не из такого выпутывались, – произнес Борланд жестко, направляясь вверх по лестнице.
– Что за Арена? – торопливо спросил Орех.
– Увидишь, сталкер. Но не думаю, что тебе это понравится…

 

Большая библиотека. Список книг. Художественная литература. Главная. Оглавление книги.